Почти весна. Чуть-чуть мешает метр снега.
Тело, окутанное вакуумом беззвучия, горит неяркий свет. Застывшую как камень воду можно развести руками, забавно шуршат пузырьки воздуха, заплывающие в ладонь. Лопаются или разбиваются, опускаясь на дно стеклянной пылью, тревожат спящую на дне тьму. Вода густеет чёрным, лёгкие начинают мерно качать жизнь, но от напора воды, хлынувшей в рот, слабеют. Не тратя время на кашель, он делает спасительный рывок на поверхность и с блаженной радостью на губах тонет уже там, в леденящем воздухе. Виски покалывает, зуб на зуб не попадает, и Сиктрэк, с удивлением отмечая, что имя пришло к нему само, прижимает пахнущие тиной ладони ко рту, бережно роняя в них слова, те, что льдинками падали с губ:
- И-ихр... Кх-а, Господи, какое бессер-р-рд...е... Б-буй-й..н...ы-ый!- криво выдавил он, - Кт...т...то ж... л-е-ч...ч..т т-ттак!-
Лёгкие похлопывающие движения по щекам, чья-то рука смахивает с него налипшую на лоб прядь, и зрение проясняется. Само лицо нового знакомого было ударом по памяти, когда шаришь по ней, как по дну мутной лужи, но воспоминания ускальзывают от него, будто намазанные мылом.
Память взрывается воспоминаниями. Они подобны кусочкам мозаики - из отдельных клочков складывается картина.
- Очнулся. Ну, господи, почему ты даже в требующих какой-либо ответственности ситуации - всегда не под рукой?- Блондин откровенно сетовал на свою судьбинушку перед лицом оробевшего учёного, меряя комнату шагами - не больше собачей конуры. Сплошные белые стены, сложившие вокруг них пустой, холодный куб. Сквозь прорезы в целлюлозных плитах не проникает ни звука, ни света, ни времени. Лишь только эхо билось об их металлические корпуса и стены, казалось, стонали. Он пару раз ощупал их, не зацикливая особенного внимания - датчик наверху клацнул железным веком, но на этом происходящее кончилось.
- Ты будешь у меня что-нибудь спрашивать?- и глубокое раздражение таилось в этом вопросе, но Сиктрэк лишь повёл плечами. Кажется, его ответ незнакомца не устраивал:
- Послушай ты, очкастый имбицил и дурень, глядящий на меня с высоты стопки книг, выдай-ка хоть что-нибудь по поводу нашего плачевного положения, прояви заинтересованность, и я обещаю, что она не останется без ответа.- нет, с его лица сползает всякое желание выражать своё отношение к старому другу цивильными способами, потому что молчание приобретает по-своему издевательский оттенок. Альбинос поднимает руки и вдруг хлопает, раз-два-три. Смешно было так, что хотелось плакать - мозг Лая отказывался воспринимать то, что происходило в этот короткий отрезок времени, казавшийся ему вечностью.
- Послушай, - он как-то весь встряхнулся, словно пытаясь взять себя в руки, но эмоции держали над ним верх. - Я знаю, что ты пережил многое, и твоей нестойкий мозг, возможно, под впечатлением всего этого размазан в лепешку. Но слюни ты пока не пускаешь, так что это даёт отличный повод двигаться дальше, ты так не считаешь?-
Сиктрэк по этому поводу сказать не успел ничего - над головой гулко залаял чей-то голос, словно бы откашливающийся после попавшей не в то горло конфеты :
- "Вы удачно прошли период консервации, с чем мы вас поздравляем! Мы поздравляем вас в любом случае, учитывая мелкие технические недочёты, и если вы не слышите это сообщение, то скорее всего вы мертвы."
Терпение блондина явно достигло крайней точки, когда он опустил руки на дверь и пару раз поддал по ней коленом. Дверь была безответна.
"Если вы чувствуете какие-то симптомы, которые существенно мешают вашей жизнеспособности - просим вас не беспокоится, мы сделаем всё, чтобы облегчить ваши мучения." - неумолимо гудел над ухом голос невидимого диктора.
- Нет, спасибо, ничего подобного.- по-нарастающей поднимался голос Лая, уже просто беспорядочно колотившего по двери. Сиктэк сжал губы, твердо решив ждать столько, сколько понадобится. Ему передавалось беспокойства Лая - заперты, как лабораторные крысы в клетке.
Ты веришь в магию?
Да, ещё день назад бы Сиктрэк мог уверенно сказать - этого не произойдёт. Он был центром огромного, опустевшего комплекса, живущего своей жизнью. Столько чуждых предметов под ногами, каждому из которых хотелось поднести к глазам, уделить ему хоть немного внимания, но время будто бы подгоняло: случайными щелчками на другом конце комнаты, утробным рыками вентиляционной дыры, развернувшей свою клыкастую пасть над их головами.
До странности бесцветные комнаты проплывали мимо него как миражи, стены которых были распущены на блоки, покрытые толстым слоем блестящего инея, и от этого ему было спокойнее. Метель, кубарем скатившаяся ему под ноги - откуда-то пришла, значит, были щели. Оставалось только просочиться в них.
Крыша напоминала разболтанный в суставах скелет. Пролетевшие года, а может быть и столетия, оставили здесь свой неизгладимый след, но даже они - не идеальные преступники, и это заставляло Сиктрэка раз за разом возвращать свой взгляд к стенам. Царапины. Просветы - и разрывы, там, где ногти оставляли свой кровавый след. Это не осталось незамеченным от Лая. Блондин сжался всем телом, мелкими шагами переступая из стороны в стороны, пытаясь хоть немного согреться:
- И какие у нас предположения, док?-
- Это поразительно, - одними губами выдохнул он в ответ, будто бы умоляя не перебивать его запальчивого возбуждения. - Ты можешь себе представить, что всё, всё было истёрто в прах, съедено ржавчиной, а стены остались целехонькими. Я думаю, что они способны пережить атомный взрыв... - он улыбнулся, но жестокость из его голубых глаз никуда не исчезла. Немного подумав, он добавил, - Невесёлое место. Нам следовало бы досконально обшарить его, прежде чем вести себя так, словно мы тут хозяева. Тем более,- всем своим видом противореча сказанному, он остановил ногу прямо над головой белоснежной камеры, словно в раздумьях, явно подчиняясь какому-то рефлексу. - Тем более, что оно выглядит ещё живым. Знаешь, если бы не эти царапины...-
- Мои руки выглядят как разварившиеся сосиськи,- голос Лая сжался от холода, став почти писклявым. Блондин явно не сидел на месте - ногой он пытался расширить щель, но дверь возмущённо хлопала створками, отгоняя от себя непрошенного гостя. Со стороны рупора послышалось знакомое кряхтение - он оттаивал, извергая из себя целые хлопья снега, харкая, как больной туберкулёзом:
- Мы рады вашему автоматическому согласию на участие в испытаниях по исследованию порталу. Для начала первого испытания вам следует взять в руки куб, перенеся его вес на огромную, красную кнопку. Лаборатория исследования порталов отвечает только за те красные кнопки, нажатие которых не приводит к негативном для человека последствия, и возможно - это единственный её экземпляр.-
На удивление, речь не была встречена ничем, кроме гробового молчания. Холод начинал пробирать до костей, и лишний раз вдыхать его не хотелось. Лай выражал своё безучастие, да и Сиктрэк сам видел, что руки напарника больше напоминают бесформенный кусок мяса.
Куб - в швах металлических обтяжек, ничем не примечательный логотип, красующийся в середине. Он обращался с ним без особого энтузиазма, как снайпер с миной - бережно, но с должным профессионализм. Куб выглядел как обыкновенный куб, и кажется, не нес в себе ничего полезного, кроме угрозы надорвать себе спину.
- Знаешь, если бы ты встал на кнопку, я бы давно мог уйти отсюда.-
Сиктрэк обернулся. Глаза блондина были колючими как холод. Холод, который есть в каждом из нас, который утоляет свой голод, пожирая любой источник тепла в нас.
- Просто положи куб туда, где ему самое место.-
- Удивительное дело, - Сиктрэк сжал губы в тонкую нитку. - А ты не находил интересным то, что у куба место есть, а у нас места нет? Инструкциями насчёт семи килограмм бездушного металла нас обеспечили, а куда деваться нам...-
Куб, переваливаясь с боку на бок, как старик с ревматизмом, наконец ровно встал на красную кнопку.
Мысль входит в его голову как ключ -до щелка, заводясь с полуоборота. Маленький бесёнок под куполом его черепной коробки, вооружился записной книгой и высунув язык, строчит идеями поминутно:
"Жидкость находится в состоянии криогенной заморозки: замороженные вихревые линии в потоке преодолевают тяготу гравитации...."
Реактив. Неумение плюс реактив - это Лай. На заметку - близко не подпускать, в прямом смысле грудью загораживать ему всевозможные доступы к объекту.
Воронка в стене вспыхивает ярко-красной хромосферой, как сплошной океан лавы. Первый портал - и, опозданием на секунду возникший второй, - голубая жидкость, несущаяся по рамке из стоячих волн света. И как вовремя он убрала руку обратно - портал опасливо и стремительно потянулся к центру, закрывая разрыв в пространстве. Сиктрэк украдкой смотрит на Лая - оценил ли тот его открытие, но тот уставился на него как баран на новые ворота, с отвисшей челюстью - явным показателем степени потрясения блондина. Куда же ты спрятал свой острый язычок, где твой цинизм, вонзающийся мне в спину свои острые иглы?
- Смотри, что я могу. - Он ухмыляется, его голос мягок и сочится предвкушением, которое совсем, совсем не нравится Лаю. Неизведанность съела учёного как хищник - кролика: пожевала, и выплюнула торпедой в противоположную стену.
- Смехотворные препятствия вырастали на нашем пути одно за другим, - сквозь смех комментирует белобрысый, забывая даже о паразите-холоде, всё ближе и ближе подбирающегося к сердцу, опаляя его нестерпимым жаром. Горячий вулкан погрузился в него, заполняя каждую клетку, будто бы готовясь взорвать его, - Ну пробьёшь ты головой стену, и что ты будешь делать в соседней камере?-
Его тело падает и выворачивается с живым хрустом, словно кости рыбы. Невысоко, приземлился ровно на колени, только по руке, как по стеклу - трещина. Потемнела и сморщилась в прозрачной руке дохлой, заспиртованный змеей, заметно, как за задравшимся рукавом на ребро встала кровь, не зная, куда деваться.
- Ты же сам видел, что грамотно это не вскрыть, так что нечего болтать глупостей. Сам ничего найти не можешь, а меня - бранишь, как последнего засранца. - заметил док, поднимаясь на ноги, грубо задёргивая рукав. По дороге расходятся уже полы халата, взвиваясь на дыбы, и Лай с придыханием любуется этим странным существом, в беспорядке разбросанными волосами цвета фуксии, румянцем стыда на яблочках щёк. Куб, скатившийся ему под ноги, уже водружён на свою платформу, и наперегонки с гавкающим и рычащим громкоговорителем, ворваться в лифт.
Этажом ниже.
- Можно вопрос?-
- Нет, Лай, нельзя.-

@темы: творчество, portal